Когда он начал свой путь, деревья стояли почти вплотную к берегу, протянув свои витиеватые корни к воде. Но с каждым шагом вода и лес становились все дальше и дальше друг от друга.
Спустя какое-то время он увидел первые дома вдалеке. Он хорошо знал, как выглядит жилище людей. Старшие братья строили себе такие же, когда уже не могли жить в ветвях. Они считали, что это сделает их больше похожими на людей. Но по ночам эти «люди» все так же выпускали когти и отправлялись в погоню за дичью.
Возле одного из таких домов, на вид заброшенного, Янтарик встретил своего соплеменника. Там, где росли кусты терновника, вендиго еще меньше, чем он сам, обдирал их темно-синие ягоды. Янтарик присоединился к нему. Ягоды оказались горькими, но это была приятная горечь. Во рту после них оставалось странное послевкусие.
Янтарик хотел спросить у младшего брата, что он тут делает, но они оба еще не умели говорить. Еще какое-то время они пробыли вместе, но затем разошлись. Кажется, братец ждал чего-то.
Янтарик взобрался на одиноко стоящее дерево и осмотрелся по сторонам. За его спиной раскинулся старый лес, по правую руку лежала большая вода, а впереди громоздились скалы. На них застыли странные силуэты – высеченные в камне изображения людей. У их ног лежал город.
Янтарик спрыгнул вниз и направился в сторону скал. Он знал, что ему не составит труда найти Самайна, если следовать за зовом, который все еще звучал в его голове. Зов этот становился все тише и тише с того момента, как Янтарик осознал себя, и сейчас был почти неразличим. Раньше все его действия определял этот странный голос. Говорили с ним старшие братья, лес или Самайн – все было едино. Маленький вендиго повиновался. Сейчас он вновь шел на зов, но вовсе не из послушания. Оно исчезло, оставив послевкусие, подобно ягодам терновника. Только не такое приятное. Янтарик сам решил, что найдет Сэма, просто потому что ему так захотелось.
Вендиго взглянул на свои руки… на свои передние лапы… он шел на задних, как это делали люди. Это было так странно, но в то же время так естественно. Быть может, он вытянулся, чтобы посмотреть вдаль? Или нет? Кем он стал? Янтарик понимал, что его больше нельзя назвать «младшим» братом… но при этом он еще не был и «старшим».
Поразительно, как сильно они были не похожи с братом, которого он встретил. Тот, конечно, этого не заметил. Но Янтарик все видел. Он потерял часть своих инстинктов, которые сохраняли ему жизнь все эти недолгие годы. Взамен он обрел нечто иное. Возможность думать.
Юный вендиго усмехнулся. Именно этим он и занимался последние часы – думал.
За этим новым и оттого крайне увлекательным занятием он дошел до еще одного дома, точнее, до нескольких, что расположились друг рядом с другом. «Ферма», – вспомнилось ему когда-то услышанное название. Кроме тех ягод, он не ел ничего еще с прошлой ночи, когда ему удалось перекусить человеческой едой, и в животе уже начинало урчать. Судя по запаху, на этой ферме было чем поживиться. Из трубы над одним из домов шел белый дымок. Наверное, люди жили там. Другие домики, быть может, использовались как-то иначе. Они все очень сильно отличались. А еще там были загоны…
Так что теперь, думал Янтарик, он станет старшим братом? Примет человеческое обличье, построит дом? Ну уж нет! Он прекрасно помнил, сколько дыма исходило из того лагеря, сколько грязи они сливали в реки. А еще помнил, как люди убивали его братьев. Нет. Быть человеком – не для него. Он пересилил себя и опустился на четыре лапы.
Янтарик спокойно прошел мимо загонов со свиньями. Те были слишком крупными для него. Слишком сложно и опасно. Животные забеспокоились от его приближения, но это быстро прошло. От него шел запах смолы, а не хищника.
Людей пока не было видно. Янтарик прятался за невысоким заборчиком, двигался короткими перебежками. В следующем загоне были куры – жирные, сочные, аппетитные, они тоже взволновались и закудахтали, когда он приблизился. Загон был сделан из металлической проволоки. Не так давно Янтарик видел, как один из братьев запутался в такой и был убит людьми. Повторять судьбу собрата юный вендиго не хотел. Впрочем… в загоне была калитка с простенькой защелкой. Янтарик вновь улыбнулся. Ему определенно нравилось думать. Он подошел к калитке, облизав клыки, протянул лапку к щеколде…
В тот же миг откуда-то из загона выскочил петух. Это была огромная птица – сильная и злая. Размахивая крыльями, петух громко закричал и ринулся на Янтарика. Вендиго взвизгнул и рванул наутек, даже не вспомнив, что между ним и пернатым чудищем прочная сетка.
– Ты слышал? – раздался человеческий голос. – Должно быть, это еще один.
– Не говори глупостей, травяных гоблинов не бывает, – ответил кто-то еще.
– Но я видела!
– Ох… ладно… видела так видела, только замолчи… лучше неси ружье… и где мои сапоги?
Голоса доносились из дома с трубой. Янтарик побежал к другому и проскользнул внутрь сквозь открытую дверь. Кажется, этот домик именовался «амбаром». Внутри пахло сухой травой и было очень темно. Впрочем, Янтарику не нужен был свет, чтобы понять – он тут не один. Что-то притаилось в тенях.
Снаружи раздался грохот, вслед за ним – топот ног.
Существо в темноте пряталось где-то сверху. Оно перескочило с одной балки на другую. Янтарик рассудил, что, кем бы оно ни было, оно не опасней человека, и углубился в амбар, ища укрытие.
– Мяу! – раздалось где-то над головой, существо из тьмы спрыгнуло вниз, зашипело.